Ð’ России наказание переводчице из Иркутской области Светлане Савельевой, уже приговорённой к 15 годам колонии по делу о покушении на государственную измену, увеличили ещё на два месяца. Причиной стала замена формулировки отягчающего обстоятельства в приговоре - теперь преступление, по версии суда, было совершено «Ð² период мобилизации».

История Светланы Савельевой выглядит как сюжет, в котором российская система наказаний давно потеряла чувство меры.

Женщина отправилась в Курскую область, чтобы попытаться попасть на территорию, контролировавшуюся украинскими военными, и встретиться со своим возлюбленным - военнослужащим ВСУ. Российское следствие представило эту историю иначе: по версии ФСБ, Савельева намеревалась перейти на сторону противника и присоединиться к украинским силам.

Ð’ апреле 2026 года Курский областной суд приговорил её к 15 годам колонии общего режима, а также назначил штраф в 400 тысяч рублей. Правозащитный проект «ÐœÐµÐ¼Ð¾Ñ€Ð¸Ð°Ð»» признаёт Савельеву политзаключённой. 

Теперь срок стал ещё больше.

Ещё два месяца - потому что изменилась формулировка

14 сентября Первый апелляционный суд рассмотрел дело Савельевой.

Заседание проходило в закрытом режиме. Суд изменил формулировку отягчающего обстоятельства: вместо слов «Ð¿Ñ€ÐµÑÑ‚упление совершено в период вооружённого конфликта» в приговоре теперь указано «Ð² период мобилизации».

Ð’ результате наказание увеличили на два месяца - до 15 лет и двух месяцев лишения свободы. Об этом сообщали SOTAvision и «ÐœÐµÐ´Ð¸Ð°Ð·Ð¾Ð½Ð°». 

Как всё началось

Савельеву задержали 16 октября 2024 года в Курской области.

По версии следствия, она собиралась перейти линию боевого соприкосновения и попасть на территорию Украины. ФСБ утверждает, что женщина прошла военную подготовку в Казахстане и намеревалась присоединиться к украинской армии.

Сама Савельева рассказывала другую историю: она ехала к своему возлюбленному Александру, военнослужащему ВСУ. 

После задержания началась история, которую российская судебная система растянула почти на два года.

Сначала Савельеву несколько раз подвергали административному аресту. Ð’ декабре 2024 года, после освобождения из спецприёмника, её вновь задержали - уже по уголовному делу о государственной измене. 

Дело о «ÐºÐ°Ñ€ÑƒÑÐµÐ»ÑŒÐ½Ñ‹Ñ… арестах»

По данным правозащитников и публикаций о деле, до возбуждения уголовного дела Савельеву фактически удерживали под последовательными административными арестами.

Правозащитный проект «ÐœÐµÐ¼Ð¾Ñ€Ð¸Ð°Ð»» указывает, что после первого задержания 16 октября 2024 года её обвинение в итоге переросло в дело о покушении на государственную измену и незаконном пересечении границы. 

Савельева находилась под стражей с октября 2024 года.

Судебное разбирательство проходило в закрытом режиме, а её апелляцию также рассматривали за закрытыми дверями.

А теперь - история о пытках

Самая тяжёлая часть этой истории связана уже не с обвинением, а с тем, что происходило с Савельевой после задержания.

Сама женщина и её близкие заявляли о пытках со стороны силовиков: избиениях, применении электрошока, удушении, угрозах убийством и сексуальным насилием.

Эти утверждения нельзя выдавать за установленные судом факты - российские власти их не признали.

Но это не просто неподтверждённая публикация в соцсетях.

Спецдокладчица ООН по ситуации с правами человека в России Мариана Кацарова писала, что после задержания Савельеву около двух месяцев удерживали под последовательными административными арестами и пытали, добиваясь признательных показаний. 

Правозащитные организации также сообщали о проблемах с доступом Савельевой к лекарствам и о её помещении в карцер перед рассмотрением апелляции. 

Даже апелляция стала частью наказания

Перед рассмотрением жалобы Савельеву поместили в карцер московского СИЗО-6.

Из-за этого одно из заседаний пришлось перенести. 

А когда апелляция наконец состоялась, она не привела к смягчению приговора.

Наоборот - срок увеличили.

Получается парадоксальная конструкция российской судебной системы: человек обжалует 15-летний срок, а выходит из апелляции с ещё двумя месяцами.

За что именно 15 лет?

Именно здесь особенно важно не потерять смысл этой истории за юридическими формулировками.

Российские власти говорят о покушении на государственную измену.

ФСБ утверждает, что Савельева хотела перейти на сторону Украины.

Сама женщина утверждает, что ехала к любимому человеку.

При этом суд назначил ей 15 лет колонии.

Поэтому фраза «15 лет за любовь», которая уже появилась в некоторых публикациях, эмоционально понятна, но юридически упрощает дело. Официальное обвинение было гораздо серьёзнее.

Однако остаётся другой вопрос:

насколько соразмерным является 15-летний срок в ситуации, когда речь идёт о попытке человека попасть к своему возлюбленному на территорию, связанную с продолжающейся войной?

Ответ на этот вопрос российская судебная система дала предельно жёстко.

Государство, которое боится даже личного выбора

В этой истории есть ещё одна деталь, которая гораздо шире судьбы одной женщины.

Савельева - переводчица.

Она не была командиром военного подразделения, чиновницей или дипломатом.

Она стала фигуранткой дела о государственной измене после попытки попасть к человеку, который служит в украинской армии.

Для российского государства сама эта связь оказалась достаточным основанием для чрезвычайно тяжёлого уголовного преследования.

И это показывает, насколько сильно война проникла в российскую правовую систему.

Личная жизнь человека начинает рассматриваться через призму государственной безопасности.

Кого ты любишь.

К кому едешь.

С кем поддерживаешь связь.

На чьей стороне находится человек, к которому ты направляешься.

Всё это в определённых обстоятельствах может превратиться в уголовное дело о государственной измене.

Светлану пытаются обменять

Мать Савельевой была вынуждена покинуть Россию. Она и возлюбленный Светланы пытаются добиться её включения в возможные списки на обмен. 

Пока же женщина остаётся в российской системе исполнения наказаний.

После последнего решения суда её срок составляет 15 лет и два месяца.

И здесь уже не так важно, какую политическую позицию занимает человек.

Важно другое.

Когда государство начинает измерять человеческую жизнь деся&Nt